Закладки
  • Иконка социальной сети YoutubeYoutube
  • Иконка социальной сети ВконтактеВконтакте
  • Иконка социальной сети FacebookFacebook
  • Иконка социальной сети InstagramInstagram

Яркая вспышка: История становления немецких ВДВ в воспоминаниях участников и очевидцев

Высадка немецких десантников. Иллюстрация Ирины Давидович

Корни становления прогремевших на весь мир во время Второй Мировой войны воздушно-десантных подразделений Третьего Рейха стоит искать много раньше. Для этого разумно обратиться к воспоминаниям очевидцев и тех, кто непосредственно воевал в элитных частях фальшимегерей.

В своей книге «Внимание парашютисты» ветеран 7 парашютно-десантной дивизии Алькмар Гове подробно останавливается на том, как сама идея высадки с самолёта пробивала дорогу в жизнь. Как и многие другие решения, она родилась в годы Первой Мировой войны. Позиционный тупик заставил командование воюющих стран искать выход из сложившегося положения. Однако, нужно понимать, что в те годы грузоподъёмность первых самолётов была резко ограничена. На борт, помимо пилота, могло поместиться от силы пара-тройка человек. Явно недостаточно для массового десантирования, но вполне хватит для проведения диверсионных акций в тылу неприятеля. А значит, первыми новую возможность распробовали органы разведки, которые выбрасывали своих агентов за линией фронта не только посадочным способом, но и при помощи парашюта, который также появился в эти грозные годы. История помнит, что подобные акции проводили как немцы, так и союзники. В основном, диверсанты занимались уничтожением железных дорог, тем самым срывая планы врага по переброске войск и грузов.

Общеизвестно, что Германия проиграла Первую Мировую. Наложенные на неё Версальским договором ограничения не просто подрывали боевой потенциал государства, но и, фактически, разоружали страну. Был образован Рейхсвер, который состоял из 100 тысяч человек, а также небольшой военно-морской флот. Однако, такое положение вещей, во многом, повлияло на офицерский корпус. Молодые военные с боевым опытом искали способы, которые позволили бы не только восстановить армию в будущем, но и предотвратить повторение долгой окопной войны в будущем.

Снова обратимся к Гове. Из его слов следует, что подобные тенденции существовали ещё в одной стране, которая в те годы была открыта для экспериментов в военной сфере. Речь идёт о Советском Союзе. Как известно, первое массовое десантирование произошло на учениях в СССР в 1936 году. Считается, что присутствовавшие на тех манёврах иностранные, в том числе, немецкие офицеры были впечатлены и по достоинству оценили открывающиеся перспективы.

За три года до этого к власти в Германии пришёл Адольф Гитлер. Через два года он отказался следовать ограничениям, наложенным Версальским договором. С 1935 года стартовало строительство новой немецкой армии – Вермахта. Большая роль отводилась военно-воздушным силам, в рамках которых уже в 1936 году были организованы первые курсы подготовки парашютистов.  Ещё через год ВДВ имели в составе уже два батальона хорошо подготовленных бойцов. Об их подготовке в своих записках вспоминал будущий генерал, а в тот момент ещё майор только что переведённый из пехоты в парашютно-десантные войска Рихард Хайдрих.

«В парашютной школе я был, конечно, «стариком» — но, тем не менее, я проделывал все, что полагалось молодому солдату, только что пришедшему в парашютные войска; так же, как и они, я совершал учебные прыжки, настойчиво запрещая оказывать мне какую-либо помощь. Прыгал и первым, и в середине, и последним, основательно изучил укладку парашюта и все, что относится к парашютному делу. Во время всех шести прыжков, положенных для обучающегося, мне отчаянно везло — я ни разу не получил травм, хотя на твёрдом промёрзшем аэродроме, где проводились два так называемых «жёстких» прыжка, неудачно приземлявшиеся солдаты нередко получали телесные повреждения».

Интересно отметить, что уже тогда десантники осознали себя как элиту и отказывались принимать своего командира до тех пор, пока тот «не совершит хотя бы один самостоятельный прыжок». Может быть это связано с тем, что новый род войск формировался исключительно из добровольцев, которые давали письменное согласие на то, что их срок службы будет больше, чем у всех остальных, а может быть и с тем, что претенденты проходили жесточайший отбор как по физическим, так и по умственным показателям.

Однако, стоит отметить, что в этот момент командование ещё не находит для десантников нишу. Пока что, во многом, их появление – большой эксперимент. Да, отдельные подразделения применяются для тактической поддержки наступающих войск в ходе учений, но этого явно недостаточно для того, чтобы в полной мере осознать возможности и недостатки стремительно развивающегося рода войск. Ясность появилась лишь после того, как командующим ВДВ был назначен Курт Штудент. С его подачи был выбран курс на строительство частей, которые могли бы решать самостоятельные задачи в рамках крупномасштабных общевойсковых операций.

Под их выполнение и шла подготовка личного состава, где особый упор делался на обучение каждого отдельного бойца. Регулярно менялись и оптимизировались штаты, модернизировалось снаряжение. Вооружение было таким же, как и военнослужащих сухопутных войск, с той лишь разницей, что каждый десантник носил с собой пистолет для самообороны после приземления. Ведь всё, что не могло сбрасываться вместе с парашютистом – стрелковое оружие, пулемёты, средства связи, тяжёлое вооружение выбрасывалось следом в специальных транспортных контейнерах, которые для удобства поиска и идентификации содержимого красились разными яркими цветами. Основным транспортным самолётом стал Ju-52, который вмещал в себя одно отделение из 14 (13 бойцов и командир) парашютистов.

Уже после войны Штудента часто спрашивали о том, как повлиял на него советский опыт построения воздушно-десантных войск. Генерал настаивал на том, что «русские окружили свои десантные части плотной завесой секретности», но признавал, что «некоторые слухи всё же доходили». Именно эта информация укрепила уверенность немцев в том, что они «двигаются в правильном направлении».

Немецкие десантники штурмуют укрепления. Иллюстрация Ирины Давидович

Первое использование нового инструмента было запланировано на тот случай, если бы не были достигнуты результаты в переговорах по Судетской области Чехословакии. После детального изучения пограничных укреплений генерал ВВС Кесельринг (на тот момент командующий третьим воздушным округом) пришёл к выводу, что они «не являются непреодолимыми». Для их штурма и готовились парашютисты. Но им так и не довелось вступить в бой в 1938 году. Англичане и французы надавили на чехов, тем пришлось сдать свои территории без сопротивления. Однако, массовая высадка, которая доказала возможность взятия штурмом укреплённых полос наподобие горных укреплений в Судетах была всё же проведена. 7 октября 1938 года 250 транспортных самолётов десантировали 3 тыс. человек с оружием и снаряжением на предусмотренных для этого посадочных площадках. Наблюдавший за манёврами глава люфтваффе Геринг отметил, что десантников ждёт большое будущее.

Казалось бы, что на дальнейшее развитие получен карт-бланш, но это было далеко не так. При формировании частей было принято компромиссное решение. Созданная для десанта в Чехословакию первая дивизия ВДВ, получившая номер семь сохранялась. К ней добавлялась 22 пехотная дивизия, которая продолжала подчиняться сухопутному командованию. В следующем 1939 году Штудент получил новые проблемы. Седьмая дивизия должна была ограничиться лишь одним полноценным полком и несколькими специальными дивизионными подразделениями. Стоит отметить, что это ограничение было довольно скоро нарушено, однако, к моменту, когда десантники пошли в бой, были сформированы лишь два батальона второго полка. На этом формирование ВДВ останавливалось. Таким образом, к началу Второй Мировой войны немецкие десантники подходят с совершенно недостаточной для выполнения полноценных боевых задач численностью, а также без единства командования. Далеко не весь германский генералитет, особенно высший, обладал достаточной проницательностью, чтобы по достоинству оценить возможности парашютистов. Спор разрешился в будущем сам собой, однако, как сетовали многие германские офицеры после войны – было уже слишком поздно что-либо менять.

1 сентября 1939 года. Немецкие войска вторгаются в Польшу, испытывая на своей первой жертве новую стратегию молниеносной войны, однако, несмотря на характер начавшихся боевых действий, десантникам не нашлось места в агрессивных планах. Руководство Вермахта проигнорировало имеющийся в своём распоряжении инструмент, так как посчитало его применение излишним. Но все меняется, когда в планах, в качестве очередного противника начинает фигурировать Норвегия. Сложный характер местности, отсутствие возможностей для сухопутного вторжения и наличие важных объектов, которые требовалось захватить в кратчайшие сроки предопределило то, что про парашютистов вспомнили. Нельзя сказать, что их командующий был в восторге от такой перспективы. Штудент считал демонстрацию возможностей своих людей преждевременной, раскрывающей карты Англии, Франции и другим потенциальным противникам. Однако, несмотря на протесты, боевое крещение прошло успешно. За счёт достижения абсолютной внезапности парашютисты брали под контроль мосты, захватывали аэродромы и перехватывали дороги. Десант небольшими группами сбрасывали и на помощь окружённому гарнизону Нарвика, который был лишён поддержки основных сил. Проблемы начались позднее.

Время шло, а Англия и Франция даже не думали идти на мирные переговоры. Требовалось вывести их из игры. Тогда-то и родился дерзкий план преодоления продолжения линии Мажино на границе Франции и Бельгии. Однако, для этого требовалось нарушить нейтралитет стран Бенилюкса. Здесь существовало две большие проблемы – так называемая крепость Голландия, которая представляла из себя систему укреплений с опорой на многочисленные водные преграды, а также современный бельгийский форт Эбен-Эмаэль, который до начала Второй Мировой назывался не иначе, как самой сильной крепостью в мире и мог стать большой проблемой для наступающих немецких войск, так как прикрывал переправы через Маас и Альберт канал. Объекты операции должны были атаковаться одновременно. Здесь и произошло то, чего опасался Штудент.

Голландцы и бельгийцы готовились к отражению воздушного нападения. Оборона аэродромов была заранее усилена. Внезапности достичь не удалось. Хотя немецкие парашютисты и смогли захватить большую часть намеченных целей, например, мосты в Мурдейке и Дордрехте, десант понёс большие потери, которые нельзя было восполнить с помощью подкреплений – все подготовленные кадры уже были задействованы. Фактически провалился захват аэродромов в Гааге и ключевых объектов в Роттердаме – за эти города шли тяжёлые уличные бои. Почти трое суток парашютисты сражались изолированно, пока сухопутные силы пробивали к ним коридоры.

Однако, было место, в котором немцам сопутствовал реальный успех. Разрекламированный до войны форт Эбен-Эмаэль пал за считанные часы. Несмотря на то, что его штурм считался страшной авантюрой и на успех никто не рассчитывал.

Вот что об этой операции вспоминал обер-фельдфебель Гельмут Венцель

«Мы подлетели к объекту с юга. Когда мы были ещё над позициями зенитных орудий, они встретили нас сильным огнём. Наша машина приземлилась третьей приблизительно в 100 м от назначенного нам объекта. Посадка была жёсткой. Амбразуры дота оказались закрытыми. Я первым вспрыгнул на бронеколпак и услышал, что внутри его забегали люди. Тотчас же я бросил в отверстие для перископа килограммовый заряд. Наши пулемётчики быстро изготовились к стрельбе, выбрав позицию примерно в 30 м от амбразуры. После взрыва заряда оба пулемёта дали по три-четыре очереди, а затем последовал взрыв установленного сапёрами на бронеколпаке 50-кг заряда».

Похожим образом подавлялось сопротивление гарнизона по всему форту. Параллельно с этим отдельные группы десантников на планерах захватили так и не взорванные мосты, прикрываемые фортом.

Тем временем война продолжает затягиваться. После падения Франции Гитлер и его генералы прорабатывали планы нанесения как прямого удара по Англии, так и нанесение ей косвенного ущерба путём захвата Гибралтара. Однако, эти планы так и не были реализованы.

Средиземноморье вообще считалось театром второстепенным. Все мысли верховного командования занимала предстоящая операция против Советского Союза. Однако, Германия уже втянулась в противостояние в Африке, которое требовало как облегчить положение своих частей, так и ухудшить положение англичан. Здесь немаловажную роль играл остров Крит. При соответствующем распределении военно-воздушных и военно-морских сил Эгейское море оказывалось полностью закрытым для противника. Если бы на Крите смогли базироваться немецкие истребители, то британская авиация лишилась бы возможности совершать налёты на нефтяные районы Плоешти. Обладание Критом давало немцам большие преимущества и сулило большие перспективы, так как в этом случае в радиус действий немецкой авиации попадал и Суэцкий канал.  Однако, доминирование в регионе английского флота делало невозможным морской десант. Штудент смог убедить Гитлера предпринять высадку воздушного десанта.

Подготовка последней крупной операции велась очень скрупулёзно. Предусмотрели даже заготовку большого количества бутилированной питьевой воды, так как по данным разведки на острове с ней были сложности. При этом важно понимать, что и англичане не сидели сложа руки. На остров непрерывно прибывали новые части и оружие, в частности было доставлено 9 танков, бронезащиту которых не могли пробить немецкие противотанковые пушки того времени. Подвозились трофейные итальянские орудия и боеприпасы. Гарнизон острова состоял примерно из 32 тысячи английских, новозеландских и австралийских солдат, а также 10 тысяч греков.

Немецкие десантники высаживаются на остров Крит. Фото: test.waralbum.ru

Операция была назначена на 20 мая 1941 года. Планировалось захватить четыре плацдарма, однако, ожесточённое сражение во всех местах высадки не принесло немцам решительного успеха. При этом парашютисты понесли очень серьёзные потери. В первый день операции на острове оказалось около семи с половиной тысяч немцев, из которых к вечеру боеспособных оставалось около пяти. Ближайшие четыре дня показали, что несмотря на значительно численное превосходство британские войска так и не смогли перехватить инициативу. Десантники же, действуя смело и решительно, иногда идя на сознательный риск, к исходу 24 мая смогли обеспечить не только надёжную оборону плацдармов, но и значительное продвижение вперёд. Захват аэродрома в Малеме позволил получать подкрепления, а полное господство люфтваффе в воздухе смогло сковать действия британского флота и оказывало подавляющее влияние как на простых пехотинцев, так и на командование противника. После развития первоначального успеха на остров началась переброска техники и тяжёлого вооружения морским транспортом. Уже 27 мая Черчиллю сообщают о том, что Крит можно считать потерянным. На следующий день началась эвакуация британских частей. Агония длилась до 1 июня, но исход сражения уже был решён.

Несмотря на успех, за всё время боёв немецкие ВДВ понесли чудовищные потери. 3674 убитых и пропавших без вести, 2594 раненых. Однако, сама идея массового воздушного десанта показала свою состоятельность. Несмотря на успех идею задвинули на второй план, отдав предпочтение танковым клиньям. Неизвестно, что повлияло на это решение, ветераны немецких воздушно-десантных войск настаивают на косности мышления верховного командования, однако, скорее всего всё дело в тяжёлых потерях отлично подготовленных людей, коих с началом войны в Рейхе становилось всё меньше и меньше. Тем не менее, факт остаётся фактом. Больше серьёзных и масштабных операций немецкие ВДВ не проводили. Парашютисты же остались и сражались как хорошо подготовленная пехота. Вот что по этому поводу заявлял сам Штудент.

«Для наших противников Крит явился толчком, давшим ход идее воздушно-десантных операций. Они извлекли из него правильные уроки и приступили со свойственной им методичностью и широким размахом к созданию сильных воздушно-десантных войск, которые доставили нам в течение двух последних лет войны очень много неприятностей. Мы были побиты нашим же собственным и притом самым острым оружием».

Однако, пусть эпоха масштабных высадок закончилась, ряд ярких акций, все же состоялся.

Так, в 1943 году итальянская армия стремительно сыпалась под ударами союзных войск. Осознавая невозможность продолжения боевых действий, итальянское военное командование, при поддержке короля, провело операцию по аресту Муссолини. Пришедший к власти маршал Бадольо уже начал сепаратные переговоры с противником. Становилось ясно, что пройдет совсем немного времени и Италия обратится против Германии. Гитлер требовал немедленно предпринять меры.

В этих условиях были разработаны две уникальные операции. Суть первой заключалась в захвате военного руководства Италии прямо в ставке, которая располагалась в Монте-Ротондо, северо-западнее Рима. Боевая задача была поручена командиру второго батальона шестого парашютно-стрелкового полка майору Герике. Прежде, чем приступить к операции, офицер самостоятельно провел разведку, сначала облетев позиции итальянцев на небольшом самолёте Физелер «Шторх», а позднее, представившись командиром выдуманного полка, попав на сам объект. Такая подготовка и обеспечила успех боя. 8 сентября, несмотря на сильное сопротивление десантники смогли высадится прямо рядом со зданием штаба и захватить его. В плен попало почти все командование итальянской армии. Однако, вскоре стало известно, что на помощь атакованным уже спешат части итальянской танковой дивизии. Тягаться с бронемашинами десантники, конечно, не могли. Однако, смогли выторговать себе беспрепятственный проход в Рим, который контролировался немецкими войсками, а также обмен военнопленными.

Второй громкой акцией, на этот раз более успешной, стала эвакуация Муссолини. Операция, получившая кодовое наименование «Эйхе» готовилась очень тщательно. Сначала радиоразведка перехватила переговоры о месте, в котором удерживают дуче. Им оказался горный пик Гран-Сассо, на котором располагалась гостиница «Альберго-Рифуджио Кампо Императоре». Авангард группы состоял из диверсантов во главе со знаменитым Отто Скорцени. Огневую поддержку бойцам СС обеспечивали парашютисты 1-й роты 1-го батальона Учебного парашютного полка под командованием майора Морса. Десант было решено высаживать на планерах. Последние садились на каменистую горную почву. Одна из машин разбилась. Однако, это нисколько не помешала немцам выполнить боевую задачу. Муссолини был спасен. Вся операция заняла всего несколько минут.

Однако, не все операции немецких десантников заканчивались хорошо. Так, попытка 500 парашютно-стрелкового батальона СС захватить лидера югославских партизан Тито, которая получила название «Рёссельшпрунг» (Ход конем) окончилась провалом. Несмотря на храбрость парашютистов, раз за разом поднимающихся в атаку на укрепления, взять объект самостоятельно у них не получилось. На помощь уже спешила 7 горная дивизия СС «Принц Евгений», однако, до ее прибытия десантники потеряли убитыми и раненными 600 человек из 800, участвовавших в бою. При этом ключевые фигуры югославского сопротивления, включая и самого Тито успели эвакуироваться.

Последний раз высадка парашютным способом практиковалась немцами во время контрнаступления в Арденнах. Отметился все тот же 500 прашютно-стрелковый батальон, который действовал небольшими группами совместно с диверсантами Отто Скорцени. Однако, реальных успехов парашютистам добиться не удалось. В основном они были обнаружены, уничтожены или взяты в плен раньше, чем смогли нанести существенный ущерб.

Неизвестно как поменялся бы ход сражений, если бы немцы продолжили совершенствовать ВДВ, но ясно одно, опыт германских десантников сыграл важную роль в становлении подобных войск во многих странах.

«Контингент» и дальше продолжит рассказывать об уникальных подразделениях разных государств и эпох мировой истории.

Автор: Егор Бондаренко
Поделиться:
  • ВКонтакте
  • Одноклассники
  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram